Взыскание компенсации морального вреда с организации в результате несчастного случая на работе.

Проблема: с работником на предприятии во время выполнения трудовых обязанностей произошел несчастный случай, в результате которого работнику причинена тяжелая травма.

Решение: адвокат Малюкова Н.С. в интересах доверителя обратилась с иском в суд о взыскании компенсации морального вреда.

Результат: с предприятия взыскана компенсация морального вреда.


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

27 января 2015 года

Мотовилихинский районный суд г. Перми

в составе: председательствующего судьи Кондратюк О.В.,

с участием помощника прокурора Анферовой Л.И.,

при секретаре Ичетовкиной О.Г.,

с участием представителя истца Малюковой Н.С., представителей ответчика Лязгиной А.И., Беспаловой А.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Михалева Е.А. к ООО «Металлургический завод «Камасталь» о взыскании компенсации морального вреда, материального ущерба,


УСТАНОВИЛ:


Михалев Е.А. обратился в суд с исковыми требованиями к ООО «Металлургический завод «Камасталь» о взыскании компенсации морального вреда, материального ущерба. Требования мотивировал тем, что он с 08.12.2004г. состоял в трудовых отношениях с ООО «Металлургический завод «Камасталь» в должности кузнеца на молотах и прессах 5 разряда в цехе № 28. 08.06.2014г. в 08.00 час. в процессе выполнения трудовых обязанностей с ним произошел несчастный случай: падение поковки на левую ногу. В результате удара по левой ноге он потерял равновесие и упал с левого края выкатного пода на пол цеха. При падении поковка нанесла ему травму. Актом № 2 о несчастном случае на производстве от 08.06.2014г. установлен факт несчастного случая на производстве, в результате которого ему причинена тяжелая травма. В ходе расследования несчастного случае комиссия установила, что работодатель не обеспечил его безопасными условиями труда, а именно: 08.06.2014г. бригада кузнецов пресса «Дункан» работала в неполном составе. Кузнец- стропальщик Михалев Е.А. работал на рабочем месте термиста и выполнял его обязанности по подцепке поковок с выкатного пода. Согласно акту технического исследования крановых клещей № 33 РГ 1202-4073 клещи имели отклонения от чертежных размеров. Подъем и перемещение поковки диаметром около 315 мм возможен при соблюдении определенных условий, которые соблюдены не были. Факта грубой неосторожности кузнеца на молотах и прессах Михалева Е.А. не установлено, его вины в произошедшем ЧП нет. В результате несчастного случая он получил <данные изъяты>. Травма относится к категории «тяжелой». В связи с полученной травмой в результате несчастного случая на производстве, произошедшего 08.06.2014г. действиями ответчика истцу причинен моральный вред в виде перенесенных им физических и нравственных страданий. В первые секунды после произошедшего он вообще не понял, что с ним произошло, видел лишь часть своей ноги, <данные изъяты> испытал шок. В последующем испытал сильнейшую физическую боль не только в поврежденной ноге, но и во всем теле. В течение часа после несчастного случая он был госпитализирован в лечебное учреждение. Во время прохождения лечения он трижды был подвергнут оперативному лечению. 08.06.2014г.: в экстренном порядке сделана операция, выполнена<данные изъяты>. 10.06.2014г. проведена повторная операция 17.06.2014г. сделана третья операция: выполнена вторичная хирургическая обработка <данные изъяты>, наложены вторичные швы на <данные изъяты>. Все операции проходили под воздействием общего наркоза. От наркоза он отходил очень тяжело, испытывал сильнейшие боли. На протяжении всего лечения он продолжал испытывать жгучие сильнейшие боли в ноге, которые не проходили даже после инъекций обезболивающего препарата. Боли чувствовал как в состоянии покоя, так и при движении. Кроме этого невыносимые боли испытывал при ежедневных перевязках. На стационарном лечении находился с 08.06.2014г. по 30.06.2014г. После операции был помещен в отделение реанимации, где проходил лечение до 11.06.2014г. В течение 2-х недель находился на постельном режиме. Испытывал дискомфорт, он не мог справлять свои естественные нужды самостоятельно, нуждался в постороннем уходе. Только перед выпиской смог встать на костыли. Передвижение на костылях было для него затруднительным, непривычным. Последствия травмы отразились не только на здоровье, но и на психике. В связи с <данные изъяты>, он ограничен в своих возможностях, в роде занятий, в общении. Переживает не только за свое здоровье, но и за свою будущую судьбу. Состояние здоровья препятствует полноценному общению с родными и друзьями. Истец является отцом н/л ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ.р. В связи с невозможностью свободного передвижения Михалев Е.А. лишен возможности полноценно общаться со своим сыном. Отец и сын не могут вместе гулять, заниматься спортом. Ранее совместные походы в бассейн, занятия спортивными играми, прогулки на лыжах, езда на квадроцикле и снегоходе были для семьи традиционными занятиями. Травма повлияла на отношения с супругой не в лучшую сторону, так как в связи с полученным увечьем Михалев Е.А. не в состоянии в полной мере исполнять свои супружеские обязанности. Отношения между супругами напряженные, часто возникают ссоры, что причиняет ему глубокие страдания. До травмы истец был незаменимым помощником своим родителям, которые проживают в условиях сельской местности и занимаются ведением подсобного хозяйства. Исполнение тяжелой физической работы (заготовка дров, заготовка сена, посадка и уборка картофеля, чистка придомовой территории от снега и т.д.) было непосредственной обязанностью. В настоящее время родители лишены возможности получать физическую помощь от сына. Тяжелый физический труд стал для него непосильным. Любимыми увлечениями для истца являлись охота, рыбалка, сбор грибов и ягод. В связи с физическим состоянием он лишен возможности заниматься своими любимыми занятиями. Кроме этого, в связи с травмой он лишился возможности управлять автомобилем. До настоящего времени передвигается на костылях, при этом испытывает чувства неудобства, чувства страха при передвижении в общественных местах. В связи с пребыванием на больничном листе, оформлением пенсии, различных пособий он вынужден был обращаться в различные инстанции, приходилось передвигаться с помощью костылей, что является затруднительным. На костылях ему сложно заходить в общественный транспорт, сложно передвигаться по лице в условиях сырой, снежной погоды, в условиях гололеда вообще невозможно передвигаться на костылях. Ему тяжело долго стоять, ходить и даже сидеть из-за напряжения мышц спины. 18.09.2014г. была установлена инвалидность <данные изъяты> группы. 07.08.2014г. Первичной профсоюзной организацией ОАО «Мотовилихинские заводы» было установлено: «На основании п.3.15 «Соглашения» при установлении трудового увечья обучить Михалева Е.А. новой профессии с сохранением средней заработной платы и в соответствии с заключением МСЭ рационально трудоустроить. Однако 16.10.2014г. он был уведомлен об отсутствии в ООО «М3 «Камасталь» вакансии, соответствующей индивидуальной программе реабилитации. Трудовой договор с ним был прекращен в соответствии с п.8 ч.1 ст. 77 Трудового кодекса РФ. Указал, что он постоянно беспокоиться о последствиях для своего здоровья, которые могут наступить в результате полученной производственной травмы, что может повлечь ухудшение состояния его здоровья, лишение возможности обслуживать себя, а также содержать себя и семью. В результате полученной травмы истец испытывает сильнейший эмоциональный стресс. Истца постоянно беспокоит чувство тревоги, бессилия, беспомощности. Жизнь его была подвергнута серьезной опасности, поскольку данная травма относится к категории тяжелых. Причиненный моральный вред истец оценивает в размере <данные изъяты> рублей. Вред, причиненный в результате несчастного случая, работодателем возмещен не был. Кроме того, в период лечения понес расходы на сумму <данные изъяты> рублей, а именно, затраты на лекарства и перевязочный материал в размере <данные изъяты> руб., затраты на консультативный прием в центре протезирования и реабилитации «Ортмед» в размере <данные изъяты> руб. Истец Михалев Е.Л. просит взыскать с ООО «Металлургический завод «Камасталь» компенсацию морального вреда в размере <данные изъяты> рублей, материальный ущерб в размере <данные изъяты> рублей.


Истец Михалев Е.А. в судебное заседание не явился, о месте и времени слушания дела извещен надлежащим образом, направил заявление с просьбой провести судебное заседание в свое отсутствие. Ранее в судебном заседании на удовлетворении исковых требованиях настаивал, поддержав доводы искового заявления.

Представитель истца в судебном заседании поддержала заявленные требования, просит иск удовлетворить в полном объеме. Пояснила, что в страховую компанию за возмещением ущерба истец не обращался, так как у него отсутствуют выписки и назначения врачей на приобретение медицинских препаратов. Указала, что в результате полученной травмы истцу была установлена <данные изъяты> группа инвалидности с 18.09.2014г. С 18.09.2014г. истец не трудоустроен. После травмы истец был госпитализирован, ему провели насколько операций. После 1 операции в течение 3-х суток был в реанимации. В конце июня смог встать на костыли, при этом испытывал неудобства. Вся эта ситуация привела истца в стрессовое состояние. Истец утратил трудоспособность на 90%. Кроме того, указала, что истец является отцом малолетнего ребенка, в связи с травмой общение с ребенком ограничились, с супругой отношения испортились. Истец лишен возможности управлять автомобилем, заниматься своими увлечениями: водить автомобиль, заниматься охотой, собирать грибы и ягоды. Также истец не имеет возможности помогать своим престарелым родителям. Истец обращался в Фонд социального страхования для изготовления протеза, он был поставлен в очередь. На костылях истцу сложно передвигаться, так как он испытывает боль при хождении. У истца постоянно ноют суставы, болит <данные изъяты>. Считает, что размер компенсации морального вреда в сумме <данные изъяты> рублей является обоснованным. Также истец приобретал лекарственные средства и перевязочный материал, получал платные консультации.


Представители ответчика в судебном заседании исковые требования не признали, пояснили, что с суммой материального ущерба не согласны. Из акта видно, что был нарушен технический процесс. Усматривается грубая неосторожность со стороны истца. Ранее в суде поясняли, что в результате тяжелого несчастного случая, произошедшего 08.06.2014 г. истец получил тяжелую травму, которая привела к <данные изъяты>. Ответчик предприняли все возможные от него меры непосредственно после произошедшего несчастного случая - истцу была оказана первая медицинская помощь, затем он был доставлен в лечебное учреждение. Руководство и коллеги искренне переживали, сочувствовали и всячески оказывали посильную помощь истцу. Истец общительный и отзывчивый человек. В цехе, где была получена травма и в других цехах у ответчика много друзей, которые не перестают с ним общаться, истец не стал изгоем для общества. Истец не ограничен в общении. Доводы истца о том, что состояние его здоровья препятствует полноценному общению с семьей и у него возникло напряжение в отношениях с женой не соответствуют действительности. Ребенок истца в состоянии сам себя обслуживать (одеваться, мыться, кушать, гулять, играть в футбол с друзьями) и не требует к себе то внимание, которое отец не может дать. Помимо игры в футбол, истец вполне может заняться с ребенком интеллектуальными играми, что-нибудь мастерить. Истец указывает на то, что последствия травмы отразились на его психике. Документов, подтверждающих его обращение к психиатру или психологу, в связи с полученной травмой, не представлено. Истец в исковом заявлении ссылается на постановление первичной профсоюзной организации ОАО «Мотовилихинские заводы» от ДД.ММ.ГГГГ г., которым постановлено: На основании п. 3.15. «Соглашения» при установлении трудового увечья обучить Михалева Е.А. новой профессии с сохранением средней заработной платы и в соответствии с заключением МСЭ рационально трудоустроить». В соответствии с ч. 6 ст. 370 ТК РФ профсоюзные инспекторы труда имеют право направлять работодателям представления об устранении выявленных нарушений трудового законодательства. Издание постановления первичной профсоюзной организацией трудовым законодательством не предусмотрено, и, следовательно, требования Истца об исполнении постановления от 07.08.2014 г. неправомерно. Истец неоднократно приходил на встречи с руководством ответчика, изъявлял желание работать на заводе. Физическое и нравственное состояние истца стабильное, он не стал замкнутым. Ответчик видел желание истца работать и попытался создать рабочее место, которое бы подошло истцу. Требования к рабочему месту инвалида регулируются СП 2.2.9.2510-09 «Гигиенические требования к условиям труда инвалидов». И если сидячее и автоматизированное рабочее место реально создать в условиях цеха, то оградить рабочее место от физических факторов (шум, вибрация, температура воздуха и др.), химических факторов (запыленность), нервно-психических нагрузок (сенсорные нагрузки, работа в ночную смену) просто не возможно на промышленном предприятии. Об этом было сообщено Истцу 16.10.2014 г. и вручено уведомление об отсутствии вакансий, подходящих его индивидуальной программе реабилитации. Истец был уволен 16.10.2014г. по п. 8 ч. 1 ст. 77 ТК РФ в связи с отсутствием у работодателя соответствующей работы. Согласно Индивидуальной программе реабилитации инвалида (карта № 791 к акту освидетельствования № 1080.12.59/2014 от 18.09.2014 г.) в разделе Мероприятия профессиональной реабилитации» указано - «Содействие в трудоустройстве - создание специального рабочего места». Исполнитель проведения данного мероприятия реабилитации - ГУ ЦЗН, а не ответчик. Кроме того, акт расследования несчастного случая на производстве подписан с особым мнением члена комиссии – главного юрисконсульта ФИО1, которая указывала на действия истца, которые выразились в нарушении требования п.6.2. производственной инструкции № 28/15 и технологического процесса РГ 50-220-00010 операции № 075, создали условия для возникновения неблагоприятных последствий для истца. Истец мог и должен был предвидеть и осознавать, что его действия могут повлечь причинения вреда ему и окружающим (причинно-следственная связь). Со стороны истца усматривается грубая неосторожность, которая привела к причинению вреда здоровью истца. Кроме того, комиссией в акте расследования тяжелого несчастного случая от 08.06.2014г. не установлена вина ответчика (п.6 Акта). С истцом велись переговоры о возможности подписания соглашения о выплате единовременного пособия в сумме <данные изъяты> рублей, которое компенсировало бы ему физические и нравственные страдания в полном объеме. Соглашение сторонами подписано не было. В соответствии с п. 4.3. Коллективного договора ООО «М3 «Камасталь», истцу было выплачено единовременно пособие в сумме <данные изъяты> руб.16.10.2014 г. истец обратился к ответчику с заявлением о выплате морального вреда в размере <данные изъяты> рублей, посчитав указанную сумму достаточной для компенсации его физических и нравственных страданий. Рассмотрев заявление Истца, и приняв во внимание практику по ПАО «Мотовилихинские заводы» (единственный участник ответчика) по компенсации морального вреда, истцу была предложена денежная сумма в размере <данные изъяты> руб. (направлено письмо). От предложенной суммы истец отказался. После установки протеза Истец сможет вести вполне полноценную жизнь. Инвалиды и не с такими травмами водят автомобили, участвуют в спортивных олимпиадах, занимаются спортивными танцами. После установления протеза (с учетом времени на привыкание) Истец вполне может оказывать посильную помощь, как по дому жене, так и родителям. Жена Истца может выучиться водить автомобиль и вывозить всю семью на природу, к родственникам. В доводами истца о том, что он лишился обычного образа жизни, не согласны. С требованием истца о компенсации расходов в сумме <данные изъяты> руб. ответчик также не согласен. Обязанность по их выплате возложена на Фонд социального страхования РФ. Программа реабилитации не содержит рекомендаций по обеспечению Истца лекарственными средствами. Необходимость приобретения лекарственных препаратов должна быть отражена в медицинской карте. Представители ответчика указали, что требования истца о компенсации морального вреда в сумме <данные изъяты> руб. завышены и при вынесении решения просят учесть степень вины истца, требования разумности и справедливости.


Выслушав лиц, участвующих в деле, заключение прокурора о необходимости частичного удовлетворения иска, огласив материалы деда, суд считает, что требования подлежат частичному удовлетворению в силу следующего.


В соответствии с абз. 1 п. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.


Согласно ст. 151, ст. 1101 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред (ст. 151 ГК РФ).


Компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.


Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.


Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (ст. 1101)..

Раскрывая положения ст. 151 ГК РФ, Верховный Суд РФ указал, что «под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на. принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи причиненным увечьем, иным повреждением здоровья, либо в связи с заболеванием.


Вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих, возмещается владельцем источника повышенной опасности независимо от наличия вины причинителя (ст. 1079, 1100 ГК РФ), (абз. 2, п.1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994г. № 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда").Согласно ст. 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на предоставление ему работы, обусловленной трудовым договором; рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором; возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном настоящим Кодексом, иными федеральными законами.


Из ст. 22 Трудового кодекса Российской Федерации следуют обязанности работодателя предоставлять работникам работу, обусловленную трудовым договором; обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.


Согласно ст. 220 ТК РФ в случае причинения вреда жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей возмещение указанного вреда осуществляется в соответствии с федеральным законом.

Обязанность по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя (ст. 212 ТК РФ).


По смыслу ст. 151 ГК РФ, ст.ст. 212, 220 ТК РФ, ст. 8 ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», работодатель должным образом не обеспечивший безопасность и условия труда на производстве, является субъектом ответственности за вред, причиненный работнику, когда такой вред причинен в связи с несчастным случаем на производстве либо профессиональным заболеванием.


Материалами дела установлено, что истец Михалев Е.А. 08.12.2004 г. был принят на должность ученика машиниста на молотах, прессах и манипулятора в цех № 28 ООО «Металлургический завод «Камасталь». 01.05.2009г. истец переведен в цех №28 кузнецом на молотах и прессах 3 разряда, что подтверждается имеющейся в материалах дела копией трудовой книжки истца и трудовым договором от 08.12.2004г.

08.06.2014г. в 08-00 часов произошел несчастный случай на производстве в районе отжигательной печи №7, расположенной на участке печей отжига в главном пролете кузнечно-прессового цеха №28 ООО «МЗ «Камасталь», в результате которого истцу были причинены телесные повреждения, квалифицируемые как тяжкий вред здоровью.


По факту произошедшего с истцом Михалевым Е.Л. 08.06.2014г. составлен акт №2 о несчастном случае на производстве. Согласно последнего, в числе причин несчастного случая значится: не обеспечение безопасности работников при эксплуатации оборудования, а также применяемых в производстве инструмента и приспособлений, неисправность приспособлений (лежек) выкатного пода печи отжига № 7, отсутствие инструктажа крановщика и кузнеца- стропальщика по безопасному выполнению предстоящей работы с применением грузоподъемного крана. Факта грубой неосторожности кузнеца на молотах и прессах Михалева Е.А. комиссией ООО «МЗ «Камасталь» не установлено. Степени вины истца нет.


Постановлением Первичной профсоюзной организации ОАО «Мотовилихинские заводы» от 07.08.2014г. о тяжелом несчастном случае, происшедшем 08.06.2014г. с работником ООО «МЗ «Камасталь» цех №28 кузнецом на молотах и прессах (стропальщик) Михалевым Е.А., также установлены обстоятельства и причины несчастного случая. На основании чего профсоюзный комитет постановил: комитету по охране труда ОАО «Мотовилихинские заводы» отказать материальную помощь Михалеву Е.А. из фонда охраны труда в соответствии с положением, выплатить Михалеву Е.А. единовременное пособие.


В связи с полученной травмой в результате несчастного случая на производстве, произошедшего 08.06.2014г. Михалев Е.А. получил<данные изъяты>. Травма относится к категории «тяжелой».


Истец Михалев Е.Л. был доставлен в ГАУЗ ПК «Городская клиническая больница № 4», проходил курс стационарного лечения в травматологическом отделении в период с 08.06.2014г. по 30.06.2014г. В результате лечения <данные изъяты>. В удовлетворительном состоянии истец был выписан на амбулаторное лечение у травматолога по месту жительства.


В результате полученных травм, 18.09.2014г. истцу Михалеву Е.Л. была установлена <данные изъяты> группа инвалидности, степень утраты профессиональной трудоспособности определена в размере 90%.

Приказом от 16.10.2014г. Михалев Е.А. 16.10.2014г. уволен из ОАО «МЗ «Камасталь» на основании вышеуказанной справки об инвалидности.


В соответствии с п. 4.3. Коллективного договора ООО «М3 «Камасталь», истцу было выплачено единовременно пособие в сумме<данные изъяты> руб.


С учетом представленных сторонами доказательств, в том числе с учетом показаний свидетелей, суд приходит к выводу о причинении травмы истцу Михалеву Е.А. в связи с необеспечением работодателем – ООО «МЗ «Камасталь» безопасности проведения работ на производстве.


Согласно ч. 1 ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.


В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом.


Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания работника, причиненные неправомерными действиями или бездействием работодателя, нарушающими его трудовые права, закрепленные законодательством, соглашением, коллективным договором, иными локальными нормативными актами организации, трудовым договором.


В соответствии с ч.4 п. 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.


Факт нарушения работодателем прав истца установлен в судебном заседании и подтверждается имеющимися в материалах гражданского дела доказательствами.


Согласно разъяснениям, данным в п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010г. №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.


Обосновывая требования о компенсации морального вреда в размере <данные изъяты> рублей, истец Михалев Е.Л. указывает на значительную степень перенесенных им моральных и нравственных страданий. Моральные и нравственные страдания истца выражались в следующем. От <данные изъяты> истец испытал сильнейший шок, физическую боль. Во время прохождения лечения истцу было трижды проведено оперативное вмешательство. В течение 2-х недель истец находился на постельном режиме, что мешало ему справлять свои нужды привычным ему способом. После выписки и до сегодняшнего момента истец передвигается на костылях, передвижение на которых для истца непривычно и затруднительно. В связи с <данные изъяты> возможности истца в роде занятий, в общении стали более ограниченными. В настоящее время истец не имеет возможности управлять автомобилем, хождение на костылях осложняет его возможность заходить в общественный транспорт.


Кроме того, как указано ранее, 16.10.2014г. истец был уволен с прежнего места работы ООО «МЗ «Камасталь» в связи с отсутствием вакансии, соответствующей индивидуальной программе реабилитации. Трудовой договор с Михалевым Е.А. был прекращен в соответствии с п. 8 ч.1 ст. 77 ТК РФ. В связи с чем, истец не имеет возможности материально обеспечивать свою семью, состоящую из жены и малолетнего ребенка.


Судом установлено, что в настоящее время у истца Михалева Е.Л. имеются определенные кредитные обязательства, о чем свидетельствует кредитный договор от 09.12.2010г.. Остаток основного долга по договору составляет <данные изъяты> рубль <данные изъяты>копеек. Из-за потери работы истцу крайне затруднительно исполнять свои обязательства по кредитному договору, а это, в свою очередь, приведет в отношении него к отрицательным последствиям в виде штрафных санкций.


Свидетель ФИО3 ( супруга истца) пояснила, что ей позвонили с работы истца и сообщили о несчастном случае и травме мужа. В больнице мужу сказали, что <данные изъяты>. У истца был шок. 3-4 дня истец был в реанимации, потом его перевели в палату. Супруг находится в растерянности, спрашивает как ему жить дальше. Истец испытывал постоянные боли, просил обезболивающие лекарства. По ночам истец не спал, засыпал только после применения снотворного. Режим у истца длительное время был постельный. Супругу провели всего 3 операции под общим наркозом. После выписки муж передвигался на костылях, это ему причиняет дискомфорт. Автомобиль водить не имеет возможности. В настоящее время отношения с супругом испортились, так как он начал злоупотреблять спиртными напитками. С работы истца сразу уволили. Свидетель пояснила, что они живут в общежитии на 4-м этаже, лифт постоянно неисправен, выход на улицу для истца затруднен. Главными увлечениями супруга раньше были охота и рыбалка, сейчас он не может этим заниматься. <данные изъяты>. Друзья супруга стали реже его навещать и общение с ними ухудшилось.

Свидетель ФИО4 (брат истца) пояснил, что вместе с истцом работал на одном заводе. О травме брата ему сообщили коллеги с работы. Свидетель приехал в г.Пермь, когда брат лежал в реанимации. Пояснил, что у них с братом раньше было совместное хобби – рыбалка и охота. Сейчас брат не имеет возможности заниматься любимым занятием. В больнице истца мучили постоянные боли, в связи с чем, он часто просил обезболивающие. Такое состояние у него было на всем протяжении нахождения в больнице. На костылях брату ходить было неудобно и непривычно. У брата началась депрессия, на глазах были постоянные слезы. Истец с сыном раньше ходили на каток, катались на лыжах, гуляли. Сейчас истец этого делать не может. После выписки из больницы боли у брата продолжались, кроме этого появились боли в спине из-за малоподвижного образа жизни. <данные изъяты>. Дома истец делал перевязки самостоятельно, перевязочный материал они покупали сами, чеки собирали. После травмы истец стал малообщительным, замкнулся в себе, друзья его навещают все реже и реже.


Пояснения свидетелей последовательны и не противоречивы, подтверждают позицию истца, принимаются судом во внимание.


У суда не вызывает сомнений то обстоятельство, что истец Михалев Е.А. в связи с полученной производственной травмой испытывает как физические страдания ( невозможность вести полноценную жизнь), так и нравственные страдания, которые выражаются в страхе за своё здоровье в будущем.

Довод представителей ответчика о наличии в действиях истца грубой неосторожности является несостоятельным, так как понятие грубой неосторожности предполагает предвидение потерпевшим большой вероятности наступления вредоносных последствий своего поведения и наличие легкомысленного расчета, что они не наступят. Судом не установлено, что истец Михалев Е.Л. мог предвидеть, либо желал или допускал наступления неблагоприятных последствий, в связи с чем, оснований, позволяющих освободить ответчика от обязанности по возмещению морального вреда перед потерпевшей стороной, не имеется.

При определении размера компенсации морального вреда, суд исходит из характера физических и нравственных страданий, перенесенных истцом Михалевым Е.Л., длительностью и сложностью лечения, а также тем обстоятельством, что полная реабилитация, выздоровление истца является невозможными, поскольку произошла <данные изъяты>, которая привела к постоянным трудностям в передвижении и обслуживании себя, в ограничении занятия спортом и активном отдыхом, в последующем выборе профессии. С учетом обстоятельств дела, степени физических и нравственных страданий истца, степени вины ответчика, а также учетом принципов разумности и справедливости, суд приходит выводу о необходимости взыскания с работодателя в пользу истца денежной компенсации морального вреда в размере <данные изъяты> рублей. В удовлетворении остальной части требований о взыскании компенсации морального вреда истцу необходимо отказать.


Истцом Михалевым Е.А. заявлено требование о возмещении материального ущерба в виде компенсации расходов на приобретение лекарственных средств в сумме <данные изъяты> рублей <данные изъяты> копеек.


В подтверждение понесенных затрат на лечение и восстановление истцом приложены копии чеков: от 13.06. 2014г. на приобретение<данные изъяты>

Указанные требования удовлетворению не подлежат в силу следующего.


Согласно подпункту 3 пункта 1 ст. 8 ФЗ от 24.07.1998 № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» обеспечение по страхованию осуществляется в виде оплаты дополнительных расходов, связанных с медицинской, социальной и профессиональной реабилитацией застрахованного при наличии прямых последствий страхового случая, на приобретение лекарственных препаратов для медицинского применения. Обязанность по их выплате возложена на Фонд социального страхования РФ.


Обязательным условием такой компенсации в силу положений абз. 1 п.2 ст. 8 Федерального закона № 125-ФЗ является подтверждение учреждением медикосоциальной экспертизы того факта, что в результате несчастного случая на производстве и работник нуждается в соответствии с программой реабилитации пострадавшего в соответствующем виде помощи (обеспечения). Оплате (возмещению) подлежат фактически понесенные пострадавшим расходы, определяемые на основании количества требующихся лекарственных средств и изделий медицинского назначения согласно рецептам и справкам медицинских организаций и счетов (товарных, кассовых чеков) аптечных учреждений об их стоимости. («Временный порядок взаимодействия субъектов и участников системы обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний по вопросам медико-социальной экспертизы, медицинской, социальной и профессиональной реабилитации застрахованного и оплаты дополнительных расходов на ее проведение», утвержденный Минтрудом РФ 19.04.2000 г. № 2726-АО, Минздравом РФ 18.04.2000 г. № 2510/4245-23, ФСС РФ 18.04.2000 г. № 02-08/10-943П; совместное Письмо Минздрава Российской Федерации № 2510/129-02-32 и Фонда социального страхования Российской Федерации № 02-08/10-2693П от 09.01.2002 г. «О порядке